В помощь обороту суррогатных денег. Ситуация и вариант законного решения.

"Гвоздь, мозоль, заноза.

В Подмосковье судят фермера, выпускающего собственные деньги."

(Репортаж Андрея Козенко, 17:15, 3 ИЮНЯ 2015)

В городском суде подмосковного Егорьевска началось рассмотрение по существу иска о запрете введенных в оборот местным фермером Михаилом Шляпниковым суррогатных денег. Они называются колионами — по названию деревни Колионово, где фермер ведет свое хозяйство. Шляпников клянется, что колионы — это просто игра для него и для друзей. Предприниматель не платит колионами зарплату своим работникам, не расплачивается ими в магазинах и никого не принуждает ими пользоваться. Однако прокуратура, подавшая иск, Центробанк и налоговая инспекция хором утверждают, что Шляпников нарушает Конституцию, Налоговый и Гражданский кодексы, а также ряд федеральных законов — например, закон «О Центральном банке». Специальный корреспондент «Медузы» Андрей Козенко посетил увлекательное судебное заседание.

      «Не понимаю, что тут происходит, — жаловался зашедший в суд в тесном кольце журналистов федеральных телеканалов Шляпников. — Куда идти-то? Я в суде первый раз в жизни… Наверное, прокурор перевозбудился и этот иск подал». «Ты, Миша, заноза, гвоздь. Мозоль ты для местных властей, — отвечал пришедший вместе с ним его друг Юрий Боженов. — Думаю, заказали против тебя дело». «Так тогда, наверное, наркотики бы подбросили, — неуверенно отвечал Шляпников. — Даже не представляю, что и судья-то сейчас скажет». «Вот увидишь, пришьют тебе советскую 58-ю (контрреволюционная деятельность — прим. „Медузы“)», — обнадеживал фермера его товарищ. Телевизионщики как завороженные переводили микрофоны от одного говорившего к другому.

      Впрочем, дело Шляпникова не политическое, а, скорее, экономическое.

( Read more... )

    Итак, резоны налоговиков понятны. Пожалуй, это - единственные, претендующие на законность (в том виде, которую мы сейчас вынуждены соблюдать) аргументы.

    Как-то можно понять и представителя ЦБ. Хотя он кажется немного невменяемым, но это не его беда. Это хорошо можно понять, если перечитать "Заколдованное место" Н.В.Гоголя («Вишь, дьявольское место! вишь, сатанинское наваждение! впутается же Ирод, враг рода человеческого!»). Такое же наваждение. Все приходят в ЦБ работать, как люди, а работают, как специалисты.
          Всё остальное может вызывать только гомерический хохот.

          Можно ли помочь фермерам, пытающимся выпутаться в одиночку из тенет навязываемого блондинистым "великим финансистом" А.Л.Кудриным дефицита денежного предложения?

          Одним из способов изменить ситуацию и, по крайней мере, ввести все действия фермеров в законное русло, можно использовав особые ценные бумаги, имеющие законное хождение и не являющиеся эмиссионными, т.н. варранты (складские свидетельства).
            Главная ценность их состоит в том, что "... согласно ст. 912 ГК РФ - залоговое свидетельство, товарная ценная бумага, которая вместе со складским свидетельством составляет двойное складское свидетельство. Держатель В. (иной, чем держатель складского свидетельства) имеет право залога на товар в размере выданного по залоговому свидетельству кредита и процентов по нему."
           Т.е. такую расписку можно обеспечивать хоть солёными огурцами, хоть картошкой, хоть гусями!
       
           Для интересующихся: существует такая организация, специализирующаяся на данном вопросе - Межрегиональное объединение участников рынка складских свидетельств и реструктуризации производства МОУРСС. (здесь: http://mourss.ru/index.php). Основная идея МОУРСС заключалась в разработке и внедрении в экономическую практику страны новых финансовых инструментов - двойных и простых складских свидетельств, способствующих повышению эффективности рыночных отношений в агропромышленном секторе. Финансирование под залог складских свидетельств, обеспеченных товаром, позволяет существенно облегчить получение сельхозпроизводителями кредитных ресурсов."

Старинная Москва

Гуляя по переулкам центра столицы, обнаружил, что еще можно увидеть воочию здания старой деревянной Москвы. На Мансуровском переулке например) Это дом, построенный Прасковьей Федоровной Емельяновой в 1834 году. Когда-то Москва была такой, провинциальной, и в ней, как мне кажется, было жить гораздо уютней...

( Read more... )